Некоторые аспекты развития угольной промышленности



Предыдущая | Следующая

 

Некоторые аспекты развития угольной промышленности ШТЕЙНЦАЙГ Роман Михайлович Генеральный директор НПК «Росуглепром» Доктор техн. наук, профессор В настоящее время отечественная угольная промышленность характеризуется заметным подъемом производства, предопределенным объективными факторами, к числу которых, в первую очередь, следует причислить практически неисчерпаемую ресурсную базу и сырьевую значимость, определяемую известным постулатом:
«Уголь — настоящий хлеб промышленности».
Вполне очевидно, что в обозримой перспективе реализация стратегии обеспечения топливно-энергетической безопасности страны представляется возможной за счет кратного увеличения долевого участия твердого топлива в балансе отечественного ТЭКа. Иное полагать проблематично при задаваемых темпах наращивания производства электроэнергии, складывающейся конъюнктуре цен на альтернативные виды углеводородов, тем более, если принять к сведению качество и объемы восполнения эксплуатируемой ресурсной базы в нефтегазовой отрасли экономики.
В то же время на основе надежно разведанных запасов твердого топлива, с учетом относительно меньших ресурсоемкости и сроков освоения этих природных ресурсов представляется возможным в планируемой перспективе создание региональных энергоугольных комплексов практически любой задаваемой мощности.
Помимо этого, концепция генерации электроэнергии на базе местных природных запасов твердого топлива создает предпосылки для комплексного освоения недр таких, например, крупных геолого-экономических районов, как Эльгинский в Южной Якутии, Сырадасайский на севере Красноярского края, Удоканский в Читинской области и др. Ресурсная база твердого топлива Забайкалья и Хабаровского края позволяет полагать возможной реализацию к 20202022 гг. крупного инвестиционного проекта экспорта в КНР электроэнергии в объеме до 60 млрд кВт?ч (суммарная мощность вновь создаваемых генерирующих мощностей превысит 10 000 МВт). Характерно, что осуществление такого проекта, оцениваемого в 10-12 млрд дол. США, позволит улучшить структуру внешнеторгового баланса России за счет увеличения примерно на 1,5 % объема российского экспорта и при этом не окажет влияния на стоимость электроэнергии для российских потребителей.
Помимо электроэнергетики на опережающие прогнозируемые темпы наращивания объемов угледобычи заметное влияние оказывает металлургическая отрасль отечественной промышленности, где неуклонно возрастает спрос на угли ценных коксующихся марок. В ряде случаев имеющиеся природные ресурсы создают предпосылки для комплексного решения проблемы обеспечения сырьем как электрогенерирующих, так и металлургических предприятий. Примером тому может служить концепция освоения Менчерепского угольного месторождения в Кузбассе (природные запасы минерального сырья здесь оцениваются примерно в 0,8 млрд т).
На ресурсной базе Менчерепского месторождения (длиннопламенные и газовые угли) предусматривается создание мощного промышленного кластера с комплексным использованием угля при его глубокой переработке по безотходным экологически чистым технологиям. Укрупненный состав такого кластера: две мощных угольных шахты (суммарная производственная нагрузка — около 18 млн т в год); угольный разрез (4 млн т в год); групповая обогатительная фабрика (22 млн т в год); тепловая электростанция (мощность 1250 мВт);
углехимический комбинат; углетехнологический комплекс (производство полукокса, углеродных сорбентов, попутно-электрической и тепловой энергии); завод строительных материалов.
В табл. 1 приведены капитальные затраты на строительство предприятий кластера (с соответствующим инфраструктурным обеспечением).
В структуре товарной продукции угольной составляющей кластера предусматривается выпуск: сортовых углей (6 млн т в год) для нужд внутреннего рынка и экспорта; углей мелких фракций и углешламов (около 15 млн т в год), из которых примерно 30 % равными долями предусматривается использовать как сырье для ТЭЦ и для углетехнологического комплекса, а 60 % — подлежат газификации с последующим использованием в технологических циклах углехимии и производства строительных материалов.
В табл. 2 приведены структура конечных товарных продуктов Менчерепского промышленного кластера и ежегодная ожидаемая выручка от их реализации (в ценах II кв. 2007 г.).
С учетом очередности строительства и ввода в эксплуатацию отдельных функциональных блоков и производственных комплексов кластера, инвестиционный период его создания составляет около 6 лет при дисконтированном сроке окупаемости проекта не более 10 лет 1.
Как следует из приведенных выше сведений, затраты, связанные с созданием углехимического и углетехнологического комплексов, составляют менее 20 % стоимости инвестиционного проекта, при том, что на долю их товарной продукции приходится около 85 % ожидаемой выручки.
Изложенное, в частности, является иллюстрацией следующего предположения. Концепция создания на ресурсной базе угольных месторождений мощных промышленных кластеров, ориентированных на производство высоколиквидной товарной продукции с задаваемыми качественными характеристиками, в ближайшем будущем может несколько трансформироваться и изменить конфигурацию этих кластеров за счет относительно новой активной сферы потребления продукции углехимической индустрии. С одной стороны, это обстоятельство предопределяется возрастающим спросом на продукцию химической промышленности, а, с другой, тем, что здесь устойчиво прослеживается тенденция к сокращению объемов поставок таких традиционных видов исходного сырья, как природный газ и нефть. Метанол — один из базовых продуктов химической промышленности, который применяется в самых различных промышленных сегментах. Основной областью (свыше 50 %) использования метанола как исходного сырья является производство формальдегидов (с последующим выпуском синтетических смол, где задалживается до 70 % производимых формальдегидов). Помимо этого, метанолы широко используются для изготовления уксусной кислоты, диметилового и метил-трет-бутилового эфиров, олефинов. Основными потребителями метанола на мировом рынке являются США и КНР (около 50 % производимого метанола, что эквивалентно примерно 20 млн т в год.)
Весьма показательными являются темпы роста объемов производства метанола в КНР, обусловленные масштабной интенсификацией здесь строительства, производства и транспорта. Так, например, за последние 5 лет потребление метанола в КНР возросло более чем в 2 раза. При этом около 25 % спроса на метанол покрывается за счет импорта (основные поставщики — Саудовская Аравия, Иран, Бахрейн, Ливия, Индонезия, Малайзия, на долю которых приходится примерно 1,8 млн т в год).
В целях сохранения сырьевой независимости при опережающих темпах спроса и имеющемся дефиците метанола в КНР предприняты беспрецедентные меры по развитию производственной базы: заявлено, в частности, что в ближайшем будущем будут введены в эксплуатацию метанольные заводы суммарной мощностью до 13 млн т в год; в том числе, — на строящихся в настоящее время предприятиях планируется организовать ежегодный выпуск метанола в объеме до 4 млн т.
Характерно, что китайская индустрия метанола в качестве сырьевого источника отдает приоритет углю (на его основе работает более 50 % действующих предприятий; около 75 % упоминаемых выше строящихся мощностей также ориентированы на потребление угля в качестве исходного сырья).
Это обстоятельство, безусловно, предопределено значительным повышением на мировом рынке цены на природный газ, что отразилось помимо прочего, на резком региональном сокращении объемов производства метанола в Японии и Корее.
Надежно апробированные в зарубежной практике технико-технологические решения по производству ценных видов продукции предприятиями углехимической промышленности, вполне очевидно, могут быть реализованы на имеющейся отечественной ресурсной базе ископаемых относительно низкосортных углей и/или попутных продуктов обогащения углей ценных марок (отсевы и хвосты углеобогащения).
По всей видимости, новые предприятия углехимии могли бы быть созданы на ресурсной базе КанскоАчинского угольного бассейна в Красноярском крае.
Горно-геологические условия залегания мощных угольных пластов позволяют здесь осуществлять открытую угледобычу с весьма высокими результирующими показателями. Расчеты показывают, что при эксплуатации мощных угольных разрезов (например, на базе Березовского месторождения) с применением современных поточных технологий представляется возможным обеспечивать эксплуатационные издержки открытой угледобычи на уровне до 2,5 дол. США за 1 т, что практически недостижимо нигде в мировой практике эксплуатации угольных месторождений открытым способом.
Да, добываемое минеральное сырье в Канско-Ачинском бассейне (и на Березовском месторождении в частности) характеризуется весьма низкими потребительскими качествами, оцениваемыми как твердое топливо для потребителей теплоэнергетической индустрии. Логистические их затраты, как правило, нивелируют низкую стоимость такого сырья на складах товарной продукции угледобывающего предприятия:
укрупненно экономически оправданная дальность транспортировки березовских углей составляет около 300 км, хотя ритмичность функционирования мощного грузопотока таких углей при современном состоянии вагонного парка весьма проблематична даже при таких незначительных расстояниях.
Вместе с тем на стадии предварительного техникоэкономического обоснования установлена прогрессивность концепции создания на ресурсной базе разреза «Березовский» производств синтетических моторных топлив и олефинов (по процессу ФишераТропша) с попутной организацией выпуска топливных брикетов (для коммунально-бытовых нужд) и строительных смесей. При задаваемой мощности такого промышленного комплекса от 2 до 5 млн т. в год по исходному сырью (бурые угли с теплотворной способностью около 2300 ккал/кг) инвестиционные затраты оцениваются в пределах 450-580 млн дол. США при дисконтированном сроке окупаемости, не превышающем 7,5 лет.
В контексте перспектив освоения упоминаемого ранее Сырадайского угольного месторождения (Таймырский полуотров, Красноярский край), видимо, может быть оценена прогрессивность создания предприятий углехимии в структуре формируемого крупного промышленного комплекса (угольный разрез, обогатительная фабрика, ТЭЦ, портовый терминал в п. Диксон и т. д.). Предпосылкой к тому является следующее обстоятельство. Как заявлено оператором инвестиционного проекта, основная продукция комплекса — концентраты коксующихся углей (10-12 млн т в год), высокий спрос на которые способен покрывать логистические затраты (по Севморпути — круглогодично, при необходимости, с задействованием ледокольного флота; по р. Енисей — в период навигации). Попутно добываемые угли энергетических марок (равно как отсевы и хвосты углеобогащения) предполагается в основном использовать как сырье для строящейся ТЭЦ, поскольку проблематична экономическая эффективность его транспортировки внешним потребителям по упомянутым логистическим схемам.
Избыток такого сырья укрупненно оценивается примерно в 2 млн т в год, из которых 1,5 млн т в год высокозольные (до 40 %) слабоспекающиеся угли и около 0,5 млн т в год — шламы процесса углеобогащения (в пересчете на энергетические угли по тепловому эквиваленту).
На основе этого сырьевого ресурса, как показывают расчеты, косвенным образом подтвержденные практикой эксплуатации аналогичных производств в КНР, представляется возможной организация производства полиэтилена низкого давления и полипропилена (промежуточный этап-выпуск метанола) с объемом доро гостоящей товарной продукции около 300 тыс. т в год.
Инвестиционные затраты соответствующего проекта (с учетом природно-климатических условий его реализации) оцениваются примерно в 1,2 млрд дол. США при их окупаемости за период до 9,5 лет.
Ожидаемый индекс прибыльности инвестиций на уровне 1,85 руб. /руб. позволяет рекомендовать такого рода концептуальные проработки к детальному изучению, имея в виду, что практическое осуществление руководящей идеи создания сопутствующих углехимических производств, безусловно, будет способствовать рационализации режимов природопользования.
Расширение номенклатуры производимой товарной продукции (в первую очередь, здесь имеется в виду продукция углехимических производств) позволит кардинально повысить результирующие показатели угольной промышленности, будет способствовать решению крупных социально-экономических проблем:
повышению занятости и квалификационному росту трудоспособного населения; минимизации нагрузки на окружающую среду, обеспечиваемой при освоении комплексных безотходных технологий глубокой переработки ископаемого сырья и попутных низкосортных продуктов углеобогащения.
В отдельных случаях не исключена возможность коренной диверсификации угледобывающих предприятий, эксплуатирующих месторождения низкосортного минерального ископаемого, когда эти предприятия будут составной частью не энергоугольных, а углехимических комплексов.
Изложенное актуализирует проблематику развития международной кооперации, например за счет создания консорциумов, объединяющих обладателей прав пользования природными ресурсами, с одной стороны, и «know-how» в области создания углехимических производств, с другой.
Вполне очевидны, помимо прочего, позитивные последствия от практической реализации такой концепции, связанные с активизацией отечественного специального машиностроения и других смежных отраслей промышленности. При этом следует иметь в виду, что конкурентоспособность угля как альтернативного сырьевого источника для предприятий углехимии по отношению к нефти и газу не должна обеспечиваться только за счет складывающейся конъюнктуры цен на эти виды углеводородов. Для решения этой задачи на надежной и долгосрочной основе в угольной промышленности необходимо осуществлять коренное технико-технологическое переоснащение, что позволит обеспечивать минимизацию эксплуатационных издержек при одновременном повышении качества и полноты извлечения минерального ископаемого.
Решение такого рода приоритетной задачи повышения эффективности процессов угледобычи, как известно, возможно путем широкого освоения в практике поточных технологий, методов и средств безвзрывного управления состоянием породо-угольных массивов (например, за счет применения адсорбционных способов разупрочнения массивов с использованием слабоконцентрированных водных растворов поверхностно-активных веществ).
Многочисленными независимыми исследованиями установлено, что применение такого типа экологически чистых, ресурсосберегающих технологий позволяет примерно на 30 % снизить эксплуатационные издержки в достаточно широком диапазоне изменения горно-технических условий и способов производства работ. Практическая реализация освоения в производстве таких относительно новых технико-технологических решений предопределяет необходимость значительных первоначальных капитальных затрат, связанных, в первую очередь, с необходимостью приобретения дорогостоящих технологических комплексов с полной конвейеризацией транспорта горной массы.
На абсолютном большинстве действующих угледобывающих предприятий комплексное технико-технологическое переоснащение либо не представляется возможным (ввиду необходимости достаточно продолжительной остановки и перестроения горных работ), либо оказывается задачей, посильной только для крупных промышленно-финансовых групп.
Проблематика рассматриваемой задачи усугубляется тем более, если принять к сведению фактическое состояние дел в отечественном горном машиностроении. К сожалению, деструктивные процессы, имевшие место в угольной промышленности в истекшие 15-20 лет, соответствующим негативным образом отразились и на горном машиностроении, где заметно утрачен научнопроизводственный потенциал, а собственно предприятия этой отрасли, как правило, лишены мотивации и источников финансирования крупных инновационных проектов по созданию горно-транспортной техники новых поколений.
Упоминавшаяся выше и успешно апробированная на отдельных проектах практика создания международных консорциумов, очевидно, кардинально не может повлиять на широкомасштабное решение проблем комплексного технико-технологического переоснащения процессов угледобычи без активного участия государственного капитала.
В какой-то мере организационно-финансовая форма частногосударственных корпораций, безусловно, обусловливает завуалированное дотирование процессов разработки, создания и освоения в производстве новых решений в технике и технологии процессов горного производства. Но в контексте рассматриваемой проблематики это можно оценивать и как использование госресурсов в целях активизации производства в крупных геолого-экономических районах, создания здесь новых рабочих мест с сопутствующей социальной инфраструктурой и, наконец, формирование в планируемой перспективе мощной налогооблагаемой базы.
Масштабность проблематики формирования и последующей планомерной реализации мощного научно-производственного потенциала в сфере горного машиностроения можно проиллюстрировать на примере упоминавшегося ранее проекта экспорта электроэнергии в КНР. Задача генерации заявляемого в этом проекте количества электроэнергии предполагает необходимость ввода в эксплуатацию угольных разрезов с суммарной годовой нагрузкой не менее 23-25 млн т в год.
Опыт проектного обеспечения и строительства мощных угледобывающих предприятий, способных эффективно эксплуатировать имеющуюся природную ресурсную базу при обеспечении лимитного уровня цены производимой угольной продукции, позволяет полагать, что затраты на создание только горно-транспортной части вновь строящихся предприятий открытой угледобычи составляют не менее 40 дол. США на 1 т годовой расчетной производственной их мощности.
Причем в этих затратах около 65 % — капитальные за траты на приобретение основного технологического оборудования.
Принимая, что стоимость 1 т рабочей массы этого оборудования (включает массу механоизделий и металлоконструкций) примерно равна 18 тыс. дол. США, несложно экспертно оценить возможные объемы поставок требуемого технологического оборудования, составляющие примерно 35 тыс. т.
Такой объем выпуска продукции сопоставим с двухтрехлетней производственной программой относительно крупного специализированного предприятия горного машиностроения (например, предприятие горного машиностроения FAM, Германия). Таким образом, вполне очевидно, что госинвестиции (но не госдотации) в сферу горного производства и сопряженного с ним специального машиностроения создают необходимые предпосылки для активного влияния на процессы регулирования цен по всей цепочке — от поставщиков требуемого оборудования и производителей твердого топлива до энергогенерирующих станций.
Резюмируя изложенные некоторые аспекты современного позиционирования и перспектив развития отечественной угольной промышленности, есть основания полагать следующее:
— топливно-энергетический комплекс является приоритетным, но далеко не единственным потребителем угольной продукции, на что указывают тенденции, прослеживаемые в мировой практике расширения сферы использования ископаемого минерального сырья;
— экономическая эффективность как отдельных крупных инвестиционных проектов, так и угольной отрасли в целом заметно может быть повышена за счет организации производства высоколиквидной и востребованной рынком продукции углехимической промышленности, использующей, главным образом, низкосортное природное сырье и/или попутно производимую продукцию предприятий углеобогащения;
— обеспечение и сохранение в пролонгированной перспективе конкурентоспособности угля по отношению к иным видам сырья, потребляемым ТЭКом и углехимической индустрией, предопределяют необходимость коренного технико-технологического переоснащения производственных процессов в широком диапазоне ожидаемых горно-технических условий угледобычи;
— участие государственного капитала в реализации крупных инвестиционных проектов создает предпосылки для рыночных механизмов регулирования цены на конечную продукцию, поскольку при этом возможно активное влияние на процессы ценообразования по всей технологической цепочке, обеспечивающей эффективную эксплуатацию имеющейся природной ресурсной базы;
— намечаемые темпы роста в угольной и сопряженных отраслях промышленности актуализируют тематику развития международных кооперационных связей, в том числе на основе такой, например, организационноправовой формы, как концессия.
В своей совокупности предлагаемые приоритетные направления развития угольной промышленности преследуют цель обеспечения топливно-энергетической безопасности и качественного роста отечественной экономики при соблюдении требований рационализации режимов природопользования.